Ирина Зикунова: Как бы хорошо ни думал, а жить хочется еще лучше

Сегодня гость редакции — Ирина Валериевна Зикунова, председатель Законодательной думы Хабаровского края, доктор экономических наук.

— Недавно была принята новая редакция Устава Хабаровского края. Чем это вызвано?

— Первый Устав был принят еще в 1995 году. Его подписывали первые лица  — глава администрации края Виктор Иванович Ишаев и председатель Законодательной думы Виктор Алексеевич Озеров. Но на смену 184-му федеральному закону пришел  новый — 414-й  закон, который обусловил необходимость редакции старого Устава. Так что мы принимали Устав Хабаровского края, скажем так, нового поколения.

— Зачем народу надо знать новую редакцию Устава?

— Хороший прозаический вопрос. Народ, как правило, желает знать то, что происходит дома, в семье, на работе. Народ особо ощущает работу власти только тогда, когда она работает плохо.

— Спорный тезис.

— Быть может, я сказала хлестко, но тем не менее. Широкий круг людей не особенно задумывается о власти, если ритм жизни в порядке. Мы любим то, что нам ближе. А о том, что делает власть и какими при этом документами руководствуется, люди обычно вспоминают тогда, когда в их жизни что-то меняется к худшему, что-то не удовлетворяет. Однако сегодня знать про Устав народу вовсе не лишне. Хотя бы потому, что из положений Устава вырастают законы. Потому что по закону власти вменены обязательства, то есть то, что власть должна делать. Есть такое кудрявое слово «принципы». А принципы, значит, правила. В 414-м законе есть правила управления для публичной власти, когда власть обязана принимать решения в интересах людей, человеческого развития. Она должна принимать комплексные решения. Если она дает полномочия на какие-то уровни публичной власти, то должна их финансово обеспечивать. С этой точки зрения Устав обязывает и заставляет власть работать по тем законам, которые соотносятся с этими принципами государственного управления.

— Давайте сопоставим отдельные моменты: что было и что стало.

— По конституционно-правовому статусу, по административному делению практически ничего не изменилось. Если посмотреть на права и свободы человека и гражданина, особо ничего не изменилось, но в дополнение ввели статью о регулировании прав коренных малочисленных народов Севера, то есть тем самым предписывая защищать их права, исконную среду обитания, учитывать их традиционный, веками сложившийся уклад, обеспечивать развитие промыслов.

— Стало быть, и необходимости большой в данных переменах не было. А в чем она возникла?

— В составе публичной, государственной власти. На уровне субъекта у нас есть исполнительная власть и законодательная власть. Они в своей конструкции для субъекта остаются неизменными, в том числе в вопросах избрания. У главы региона добавились возможности и полномочия по регулированию на муниципальном уровне  состава глав. 414-м законом высшему должностному лицу края дано право вынесения предупреждения, выговора,  отрешения от должности. Эту норму следовало поменять и прописать в Уставе.

Следующее изменение формальное, но за ним тоже много чего кроется. Речь о том, кто из лиц публичной власти края подписывает краевые законы.

— На заре становления краевой думы законы подписывал губернатор.

— Так  было, но в Уставе была заложена вариативность подписания, по решению опять же Законодательной думы. По федеральному закону и Уставу Хабаровского края выбор в свое время был сделан в пользу председателя Законодательной думы. И краевые законы подписывал председатель думы. Сейчас 414-й федеральный закон четко предписывает, что законы подписывает высшее должностное лицо.

— То есть губернатор?

— Да. Сейчас отрабатывается алгоритм действий между думой и исполнительной властью о передаче ему документов для подписания и обнародования.

— Но закон о принятии новой редакции Устава края подписывал губернатор вместе с вами.

— По действующим нормам я должна была подписывать его одна. Но так было бы неправильно. Поэтому я вышла с инициативой, и мы именно для подписания Устава до 1 июня этого года ввели  положение, которое позволяло одновременно подписать мне и губернатору. Так получилась достойная процедура, которая подчеркнула преемственность традиции подписания Устава, как это было сделано в 1995 году.

— Вы назвали такое изменение хотя и существенным, но формальным. Давайте дойдем до капитальных новшеств.

— Самое большое и новое, что мне нравится в нашем Уставе, это главы, посвященные экономической и социальной политике. В предыдущей версии Устава они были статичными, не четко прописывающими действия власти. Кстати, не буду скромничать, я вложилась в редактирование наименований, в баланс статей. Не могла не участвовать, мне было интересно. Рада, что моя экономическая квалификация и навык редактирования  были здесь востребованы.

Мы изначально отдали разработку разделов по экономической и социальной политике специалистам исполнительной власти. Потому что там осуществляется действие — мы создаем законы, а там их исполняют. Они сделали свою версию. Но мы решили все-таки дать здесь больше нового, влить свою квалификацию, в конце концов, в моей докторской диссертации есть целый раздел по политике и управлению предпринимательством. Я в работе над диссертацией много посвятила времени, чтобы сложить методологически верное  понимание экономической политики, и тому, как она формулируется — то есть про что это должно быть. Поэтому я написала первую версию 68-й статьи об экономической политике.

Но у нас есть в крае человек высокого уровня, класса и компетенции, которым мы должны гордиться, что он есть.

— Вы нас заинтриговали — кто же это?

— Академик Павел Александрович Минакир — научный руководитель Института экономических исследований Дальневосточного отделения РАН. Представьте себе: над Уставом Хабаровского края работал сам Минакир! Это дорогого стоит. Павел Александрович -ас в экономической методологии, системном понимании экономики, написавший большое количество книг и монографий. Это не тот ученый, который занимается позитивной наукой ради теорий, а тот, который в свое время руководил разработками стратегии развития Хабаровского края,  и делал многое другое, масштабное и прогнозное. В общем, он взял мою версию экономической политики, полностью переработал, ввел в нее новые положения, в том числе те, которые дают жесткую канву обязательств для правительства края.

— А именно…

— Были предложены нормы разработки инструментов экономической политики — класса балансов, схем размещения производительных сил и т.д. Но здесь мы натолкнулись на прозу законотворчества и требование соответствия регионального и федерального законодательства. То есть на то, что в РФ действуют законы о стратегическом планировании, о международной деятельности, о труде и занятости и многие другие. В общем, юристы настроились очень жестко и слегка подрезали нам крылья. Но мы все-таки оставили все серьезные методологические принципы и условия реализации экономической политики. И честно скажу: такого Устава, как наш, нет в других субъектах РФ. Такого, который написан как Устав к проведению конкретной экономической политики, к тому, как нужно управлять.

— А по социальной политике?

— Аналогично было сделано и в разделе Устава по социальной политике. Команда председателя думского комитета Ольги Вячеславовны Ушаковой вместе с членом Общественной палаты края Оксаной Валерьевной Кожемяко и экспертом министерства юстиции корректировали нормы социальной политики, приводя их в соответствие с конституционными поправками и другими законами.

— И если резюмировать…

— Да, мы привели Устав в соответствие с федеральными законами. Но мы написали два новых раздела по экономической и социальной политике как разделы для действий публичной власти, где отобразили, как должно быть.

— А что у нас изменится?

— Это философский вопрос. В жизни может все измениться тогда, когда к этому существует воля руководителя. То есть данный вопрос логичнее задавать губернатору края как высшему должностному лицу, руководителю исполнительной власти.

— Извините. Однако вопрос по существу: у нас остается прежняя система, когда министерства пишут проекты законов, дума их принимает, и министерства же их исполняют? Но какое министерство станет усложнять свою жизнь собственноручными законами?

— Неправда! Министерство пишет — дума принимает, но министерство пишет на основе требований граждан и предписаний политики от федерального уровня. Ну, не работает какой-то закон, механизм заржавел, и граждане предлагают его изменить. Министерство делает это буквой закона от имени губернатора, и вносит в думу. Причем, пробелы в законодательстве обнаруживает и сама дума, которая тоже пишет проекты законов, согласовывая их с исполнительной властью. Прежняя система вполне нормальная, она выстроена на взаимодействии.

— Можно привести примеры, когда поправки в законы были приняты по предложениям граждан?

— Пожалуйста. Ярчайший пример по решению проблемы граждан из числа детей-сирот. Мы завели прекрасный и удобный механизм, позволяющий им приобрести жилье в любом районе Хабаровского края, исходя из  нормативов площади и стоимости одного квадратного метра. Но введены условия. Эти лица должны быть с положительным социальным статусом, чтобы не было риска утраты жилья. Есть требование к трудовому стажу. Но возник вопрос, как быть, когда у таких людей нет и не может быть трудового стажа? Например, у инвалидов либо у тех, кто ухаживает за инвалидами. Поэтому в этом году был принят закон, который позволяет снизить требования к стажу там, где они объективно не могут быть соблюдены. Они же не виноваты, что у них нет конкретного стажа работы на предприятии. То есть, введена корректирующая норма, восстанавливающая справедливость. Почему мы так сделали? Потому что обращались граждане.

Второй пример. Мы очень заинтересованы, чтобы в районы поехали на работу педагоги. На этот счет есть стимулирующий инструмент — выплаты выпускникам вузов, которые едут в районы. Это единовременная помощь в размере восьми окладов при  условии отработки в течение пяти лет.

— Это краевые деньги.

— Краевые.

— То есть можно больше, можно меньше?

— Можно.

— А почему выбрали восемь окладов?

— Изначально было предложение только в четыре оклада. А краевые депутаты предложили и отстояли восемь. Будут в краевом бюджете деньги, быть может, планка поднимется и до двенадцати окладов.Все надо делать постепенно.

— Нет ничего более постоянного, чем временная мера.

— А я верю, что при наличии воли и оснований можно решать любые вопросы.

Я продолжу про педагогов. Обнаружилась проблема: уехал выпускник в район, но появились какие-то обстоятельства, и он переехал работать в школу другого района. И по закону полученную выплату он должен вернуть. Получается некрасиво: человек остался работать в крае в системе образования — почему он должен возвращать деньги? Нелогично. Поэтому был принят закон, который смягчает данное требование — переезжать из района в район теперь можно без риска финансового ущерба. Но требование отработать в крае пять лет остается в силе.

— Какие-то важные мероприятия были проведены думой за последние месяцы?

— Мы проводили депутатский контроль строительства палатного корпуса туберкулезной больницы в Хабаровске. Провели «Правительственный час» по вопросам газоснабжения населения. На днях провели брейнсторм сессию (или так называемый мозговой штурм, групповую дискуссию) «Я выбираю свой край» на тему продвижения профессионального образования. Есть проблема оттока молодежи (для получения высшего образования) в другие регионы. Мы хотим показать возможности нашего края, чтобы не терять молодежь. Потому что молодые люди, уехавшие в другие регионы, как правило, не возвращаются. Наша задача — собрать максимум мнений, чтобы перевести их в некие конкретные меры.

— Чем же мы можем привлечь молодежь? Зарплатой и квартирой. Так?

— Я смотрю предложения по работе и вижу, что предлагается зарплата менеджеру по продажам в 36 тысяч рублей  и инженеру столько же. Это неправильно. За каждой вакансией должно быть содержание труда с обещанием перспектив. А у нас их не предлагают! Еще заметила: даются наши вакансии, а следом, к примеру, по Приморью, где количество вакансий в разы превышает предложения по нашему краю.

— Это о чем говорит?

— О том, что там гораздо больше организационный потенциал предпринимательства и хозяйственной деятельности. У них запрос на кадры выше.

— Почему?

— Есть объективность в том, что там очень плотная предпринимательская среда просто потому, что территория более компактная и численность населения на треть больше нашей. Масштаб и оборот их экономики более активный. У нас другой ее характер. У нас экономика большого региона с центрами-фокусами промышленного развития, как Советско-Гаванский транспортно-промышленный узел, моногород Чегдомын, Комсомольск, Хабаровская агломерация… Отсюда и особенность Хабаровского края в вопросах кадрового обеспечения промышленного развития. Мне данная особенность видится в том, что надо больше управлять этим процессом в связке с техникумами и вузами. Он уже находит свое выражение в работе исполнительной власти — по крайне мере с техникумами. Например, обеспечение потребности в кадрах ванинских морских терминалов, Малмыжского месторождения и пр. Но этого недостаточно.

— С молодежью понятно. А что делать с вымирающими селами в северных районах — Николаевском, Ульчском и других? Ваше видение, как там удержать людей?

— Я скажу жестокие вещи. Я была в северных районах, встречалась с главами поселений. Жизнь людей в вымирающих селах преподносится ими как большой героизм. А зачем? Давайте мы с вами скажем себе честно об объективной прозе перемен, которые произошли в нашей стране и в крае. Проза в том, что поселки и села обезлюдели. В динамике социальных и экономических систем есть точка невозврата — мы в этой точке. Нарождение и умирание населенных пунктов — это естественный (хотя и очень грустный) процесс динамики населенных пунктов, как естественны и экономические перемены. Нужно просто набираться государственной ответственности и предлагать людям элементарный переезд в нормальные места жительства.

— А зачем собирали в думе садоводов?

— Это связано непосредственно с реагированием на санкционное давление. Уже давно в объемах сельскохозяйственного производства учитывается продукция личных подсобных хозяйств и садоводов. И это справедливо. У нас они преобладают в южных районах. Поэтому еще в марте на первых совещаниях оперативного штаба при губернаторе края говорилось о необходимости поддерживать садово-огороднические товарищества с целью их активизации в деле продовольственной самодостаточности. У нас же на заседаниях думского комитета и Общественного совета было решено просить правительство края рассмотреть вопрос о преференциях для садоводов и огородников в части обеспечения водой, электроэнергией, семенами и т.д. На встрече с садоводами речь шла об увеличении краевой доли при софинансировании работ по созданию инфраструктуры с 70 до 95 процентов. Будем работать.

— Народ всегда ждет от думы снижения налогов. Было?

— Было. Снизили ставку упрощенной системы налогообложения для производственных отраслей, для IT, для туризма. Мы ее очень быстро приняли, чтобы у бизнеса была передышка, пока не наладится импортозамещение. Сейчас в правительстве готовится инициатива по смягчению некоторых налогов еще и для социально-ориентированных предприятий.

— Почему бы не освободить от транспортного налога семьи, где есть дети-инвалиды? В Москве, в Питере, в Саратове они не платят такой налог…

— Тема транспортного налога считается инструментом действенного политического влияния. Если вы снижаете транспортный налог, то приобретаете лояльность широкого круга населения. Как только начала работу дума нынешнего созыва, так сразу же появилась тема нулевой ставки на электромобили, потом общее снижение налога по причине иных ставок в других регионах и т.д. И мы в думе начали изучать, можно ли так делать и нам. Здесь, как всегда, будет депутатское прокрустово ложе. Мы не можем снизить налог, потому что есть большая потребность в дорожном строительстве в нашем крае ввиду огромной его протяженности.

— Не надо снижать всем, но, быть может, отдельным категориям — тем же матерям-одиночкам с детьми-инвалидами? Почему нет?

— Потому что в каждом случае ситуация индивидуальна. Такая семья может быть вполне обеспеченной. С другой стороны, у нас количество мер поддержки инвалидов и семей с инвалидами очень большое. Вообще мы не должны рассматривать льготы по транспортному налогу сами по себе, когда существует целый комплекс мер поддержки семей, имеющих детей-инвалидов. Когда в Хабаровском крае 430 тысяч человек получают те или иные меры социальной поддержки. Наш край входит в топ регионов по социальной ориентированности бюджета и по количеству мер поддержки — помощь адресной должна быть. Это один из принципов государственной социальной политики.

— Как бы вы оценили работу думы за прошедшие пять месяцев в нынешних санкционных условиях?

— Вообще-то дума не является оперативно-реактивным органом, она достаточно поступательна в формировании своей повестки. Мы традиционно работаем по плану. У комитетов есть свой ритм. Конечно, возникают срочные вопросы — тот же закон о снижении налогов, об изменении в краевой бюджет, который рассматривали совсем недавно. В таких случаях мы мобилизуемся. Искренне говорю: я горжусь коллективом думы, который может работать в любые сроки, работать квалифицированно, с опережением.

— А что изменилось в краевом бюджете?

— В краевой бюджет пришло дополнительно порядка 22 миллиардов рублей. В том числе: 9,3 миллиарда — собственные уточненные доходы от поступлений налога на прибыль и НДФЛ; остальные деньги — это дополнительное перераспределение федеральных средств на меры социальной поддержки по очень многим направлениям.

— Откуда взялись собственные дополнительные миллиарды? Мы стали лучше работать или их недоучли при планировании бюджета на этот год? Сумма-то весьма приличная…

— Экономика Хабаровского края действительно работает  эффективно. Бюджетообразующие предприятия действительно работают хорошо — транспортные, энергетические, горнодобывающие.

— Какие цели ставит дума на второе полугодие?

— Есть сферы патронажа краевых интересов. Одна из них, как я считаю, лесохозяйственная. Потому что имеются предпосылки переориентации внешнеторгового потока с западной границы на восточную. Поэтому требуется работа над повышением пропускной способности пунктов пропуска. Также требуется создавать условия для повышения степени переработки нашего леса. Потому что предприятия по утилизации отходов и по переработке балансового тонкомера расположены не в нашем крае. Нужны совместные усилия, чтобы развивать перерабатывающие возможности в нашем крае и на Дальнем Востоке. Это направление требует поддержки.

— А дума здесь причем?

— Дума может продвигать эту идею по двум направлениям. Первое: на уровне межпарламентского взаимодействия через Ассоциацию «Дальний Восток и Забайкалье» обращаться в федеральное правительство за поддержкой соответствующих инициатив. Второе: работа в Совете законодателей при Совете Федерации, где непосредственно можно проводить изменения в федеральные законы. По части изменений в законы уже есть обращение нашей Ассоциации лесопромышленников о переносе сроков ввода  в действие федерального закона о распоряжении участками леса, прошедшими таксацию. Примерно 80 процентов лесов в нашем крае имеют очень давний срок таксации, и, значит, не могут быть предоставлены по закону  лесохозяйственникам. Это существенное препятствие для наличия источников сырья и хозяйственного оборота. Значит, закон надо отложить, чтобы успеть с проведением таксации. Я была на Совете законодателей, где наше предложение поддержано, и оно пойдет в качестве ходатайства для изменения в федеральный закон именно по введению в действие сроков таксации.

Также возможно решение о льготном кредитовании, например, при реализации инициатив по программе «Дом дальневосточника», о поддержке лесохозяйственных предприятий через их вхождение в состав системообразующих и т.д.

Еще сейчас мы планируем работу над законами в связи с произведенными изменениями в Устав края — сделаем инвентаризацию и решим, где и в чем требуются изменения и дополнения. А моя самая главная задача — устойчивость и работоспособность краевой думы.

Раиса Целобанова. Фото автора

Оставьте первый комментарий

Оставить комментарий