Дорога на гектар, или Путаница в прилагательных

Ситуация

В СМИ появилась информация, что в Амурском районе Хабаровского края владельцы «дальневосточных гектаров» не могу попасть на свои угодья. Как следует из сюжетов: гектары есть, а дорог к ним — нет. Итак, по порядку.

Когда Виталий Гурин выбирал «дальневосточный гектар», чтобы заняться турбизнесом и разводить на мясо диких кабанов, наверняка при формировании бизнес-плана возник вопрос о транспортной доступности будущей фермы. Что места в Амурском районе Хабаровского края непроезжие, понимал не хуже многих. Но местные власти, вероятно, дали Виталию гарантию – дорога будет. И не только ему, «гектарщиков» в районе несколько. Они посовещались и решили – выбрать свои участки на 18-м разъезде. Это, собственно, железнодорожная станция. Стоянка поезда — их тут, пассажирских, в сутки проходит пять — одна минута.  Пара жилых домов, несколько десятков брошенных.

Как оказалось, с проездом на гектары у энтузиастов вышла промашка. Администрация и не думала строить никаких дорог к 18-му разъезду, потому что рассчитывала на… нефтепроводчиков. По Амурскому району проходит отвод от трубопроводной системы «Восточная Сибирь – Тихий океан» на нефтеперерабатывающий завод в Комсомольске-на-Амуре.  И вдоль него идет проезд.

Только проезды бывают разными: есть так называемый «вдольтрассовый» , а есть обслуживающий. Но кто ж на это внимание-то обращает?

Всем известно, что на «вдольтрассовый» проезд участникам программы «Дальневосточный гектар», водителям скорой помощи, участковым и прочим силовикам при исполнении нефтепроводчики дают «добро» в порядке исключения.  Причем не потому, что должны это делать, а потому, что понимают ситуацию, входят в положение, несут, как принято сейчас говорить, социальную ответственность. Там, на «вдольтрассовом» проезде, есть и знаки, и площадки, чтобы могла разъехаться техника. Содержат его нефтепроводчики за свой счет, денег из бюджетов на это им никто не дает. Сами чинят, отводят воду, подсыпают, грейдерят, вкладывают собственные средства в содержание проезда, чтобы ездить по нему было безопасно не только ведомственным вездеходам, но и легковушкам местных жителей.

А к 18-му разъезду идет проезд обслуживающий. Разница между  «вдольтрассовым» и «обслуживающим» разъездами немалая. Обслуживающий проезд дорогой называют только с очень большой натяжкой. Там нет разъездов, насыпей, дорожных знаков. И ездить по нему можно только сотрудникам собственника – «Транснефти». И то далеко не всем, и только в исключительных случаях, со спецразрешением. Проще говоря, обслуживающий проезд – неотъемлемая часть нефтепровода. Как взлетная полоса – часть аэропорта. Ведь никому же не придет в голову проехать по летному полю, чтобы попасть на свой гектар.

Когда обслуживающий проезд еще строился, Виталий и другие «гектарщики» проскакивали по нему на свои участки. Сейчас там установлен пункт пропуска, и охрана нефтепровода через него не пускает. Все-таки нефтепровод – объект опасный. И стратегически важный. Бесспорно, «дальневосточный гектар» тоже важен. Но путь к нему должен быть легальным и отвечать всем требованиям дороги общего пользования. О чем и должны были вовремя позаботиться местные чиновники.

Сейчас районные власти вместо решения о строительстве доступной дороги снова переносят проблему с больной головы на здоровую. Теперь у них надежда на РЖД, которые к 2023 году планируют сделать в Амурском районе технологическую дорогу вдоль железнодорожного полотна.

Сергей Шевченко

Оставьте первый комментарий

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.