Надежда Кауна: Наши предки были умнее нас

Культурный слой

Осенью этого года Надежде Ивановне Кауна — глаз с искринкой, лукавый —  исполнится 85. Всем бы до таких лет дожить да с головой на плечах остаться, женское начало да острый ум сохранить.

 С одной стороны – редкой чистоты и доброта, и простота, а другой — чувство собственного достоинства, даже в преклонных годах — подбородок вверх!  Учительская  жилка видна!

Жизнь-то была  непростая, а у кого она сахар? Потому и ценен жизненный опыт, на вес золота воспоминания, через которые амурским прошитым завитком — глубинная тысячелетняя народная  мудрость. Главное, не отвлечься, не пропустить, как губка впитывать.

Надежда Ивановна – учитель нивхского языка. Она  участвовала в создании первого нивхско-русского словаря.  Как сегодня говорят,  носитель национальной культуры, носитель родного языка.

Детство

Деревня Никольское в Николаевском районе была раньше большой, со школой.  Дед Надежды был старостой, и ему как старосте дали знак — круглую медную бляху, которую он так и проносил на шее всю жизнь, не снимая даже когда мылся. К старости уже и грудь болела, ему говорили, сними, тяжелая ведь, а он — нет, нельзя, мне дали.  Сейчас-то и на карте нет этого села.

…Из-за пяти нартовых собачьих упряжек отца Надежды признали кулаком и расстреляли. Когда пришли за собаками, мать вцепилась в упряжки так, что ее прикладами энкаведешники отбивали. Собак забрали. Мать пять дней кровью похаркала и умерла. Четверо детей  в одночасье стали сиротами.

— Старше меня были две сестры. Одна 28-го года, вторая 32-го года, потом я, а затем самая младшая сестра. Мама наша была кальминская. Она, умирая,  сказала, чтобы отвезли нас ее братьям в село Кальма Ульчского района. Хорошо помню, как везли нас на лошади.  Старшие сестры держали на руках самую младшую и молоком отпаивали. Это был 39-й год. Тогда не  только моего отца, тогда многих  забрали. Бабушки про отца запрещали говорить.

Когда Надежда выросла, решила выяснить судьбу отца и тех, кого забрали энкаведешники. Сунулась было,  а ей — куда лезешь?  Хочешь, чтобы тебе судьбу испортили, не дали получить образование?

— Мы молчали, а потом сестры стали умирать, я одна осталась. Бабушки, да и не бабушки они, а дядины жены, почти чужие люди, воспитали меня как свою, родную.

Жили как все. Работали. Не хватало только хлеба, сахара, соли, всего того, что продавалось в магазинах.

— А так-то… ягоды сколько хочешь, какой хочешь. У нас-то из того, что сладкое, – все ягодное. Наши-то не понимали, что ягоду сахаром надо было пересыпать. Как ягоду сохраняли? Сначала слой черемухи – спелой-спелой, а потом слой морошки. А сверху заливали рыбьим жиром. Одна бабушка  из любой рыбы жир добывала. Когда я  училась в культпросветучилище, везде собирала пузырьки и в родное село привозила. У бабушки для жира каждой рыбы был свой пузырек.  Чтобы черемуха и морошка не пропали, брали жир самой маленькой рыбы —  касаток, чубачков.

Свои и чужие

— Нивхи – какие люди-то?

— Обыкновенные люди.  Своих-то мы сразу узнаем. Мы отличаемся от нанайцев, от ульчей, от негидальцев. Наш-то нивхский язык отличается от других.  Бабушки говорили, что наши предки  издавна живут на этой земле. Когда-то и  других народов по соседству не было. Знали мы только сахалинских нивхов.  У них немного другой язык. Считалось, что нивхские женщины на Амуре самые красивые. Их воровали.

— Айны?

— Это на Сахалине, а на материке редко.  У  нивхов-то никогда не было  таких бород. Бабушки рассказывали. Вот пришли чужаки. Пухта — старший был. А с Пухтой еще пришел старик Костин, так его русские назвали, а с ними Чуйка — парнишка молодой-молодой. Лицом чем-то был похож на негра. А густой бороды, как у деда Пухты, не было. Голова была такая большая, что мы удивлялись. Бабушки и говорили, что это чужаки. Чуйка себе построил избушку,  на собачью конуру похожую. Так в ней и прожил до старости бобылем. Никто его тела и не видел. Только руки по локоть. Скрытный человек был.

У меня подружки были  — Рая Ермоленко, Валя Лункина  и Нина Крылова. Мы хулиганками были.   И решили пошпионить за Чуйкой, как он ходит купаться.

Лодок-моторок не было, а были большие кунгасы (плавучее несамоходное средство. – Авт.).   Там мы и спрятались и увидели, что у него тело белое-белое. Какой нации? Никто не знал. По-нашему он плохо говорил. А когда сердился, ругался по-своему. Не был он ни мандю (китаец), ни корел (кореец), ни сиси (японец).

Раньше старые люди понимали, что пока звучит язык – жив народ. Делали замечание: «А зачем ты отвечаешь мне по-русски? Говори по-нашему». Забудете свой язык,  кем вы будете? Мордой-то не русские. Морду-то куда свою денешь?

Нивхи – таинственные носители уникального древнего языка, живущие на Сахалине и Нижнем Амуре. До конца 1920 года назывались гиляками, пожилые люди и сейчас называют себя так. Именовали их также и мангунами приамурскими («ман» означает Амур и всякую большую реку, «гун» — суффикс). Слово «нивх» является, во-первых, этнонимом этого народа, во-вторых, выражением понятия «человек», в-третьих, во множественном числе «народ», а в начале начал могло означать «я есмь».

Страшные грехи

— Что нельзя было делать нивхам?

— У нас много запретов.  Нельзя было стирать в одном тазике мужское и женское белье. Помню, бабушка так ругалась: «Это грех!». Заставляла выносить на берег реки и тщательно полоскать.  Я же росла в  семье моего дяди, мой двоюродный  брат Гриша одного со мной года. Ноги мужские было нельзя перешагивать.  «Ты зачем так сделал? Ему не будет везти ни на рыбалке, ни на охоте!» Мужиков прямо охраняли! 

 Мальчиков так воспитывали, чтобы, когда они вырастали, все могли: и охотиться, и рыбачить.  А  когда  девочка женщиной становилась, считалась грязной. А мы в советской школе учились! Одно в школе слышали, дома другое. «А чем этот мальчик лучше меня! Мы — женщины, и поэтому грязные? Нельзя белье в одном тазике стирать! Ну надо же! Я быстрее всех на лыжах бегаю, лучше, чем мальчики, стреляю», — говорила я бабушке. И брат меня поддерживал: «Это все вранье! Мы — советские люди!» А бабушка качала головой: «Какие такие советские люди?».  В итоге Гриша женился не на нашей, на хохлушке.

Раньше-то, только-только ходить начинали, а сразу  девочек бабушки учили в руках иголку держать. А  тогда-то были только  большие иголки.

— Моя сестра обижалась, что я получила образование, а ее выдали замуж по старинке.  Раньше только-только родилась девочка, а ее уже продавали, почти с рождения был нареченный жених.

Своего нареченного жениха Витьку Норкина я увидела летом, когда закончила четвёртый класс. «Зачем мне он такой! Ничего он не умеет», — я закричала в голос.  По-русски Витька почти не говорил, а мы-то учились с русскими детьми. Я бабушке: «Он что, дурак?». А бабушка мне: «Это твой жених. У него отец богатый, хороший охотник. Ты гордись своим женихом!».

—  В этом институте, наверное, есть своя правда…

— Наши предки были мудрее нас.  Когда в Кальме жили, все местные бабушки приходили к нам в гости. А я такая любопытная была. Всех посажу, маленький столик накрою, воду вскипячу, наш нивхский чай заварю. Моя бабушка все полезные травы знала, где что растет, и меня научила. Я раньше тоже все места знала: от Кальмы до Тыра.

— Скучаете по родине?

— Как же не скучаю! Как в Хабаровск переехали, сначала каждый год с дедом ездили. А потом все меньше и меньше. Десять лет как я там не была. Да и не к кому ездить. Родня вся практически здесь живет. 

 — Что  еще  у нивхов считалось грехом?

— Бабушка так и говорила: «Грех! Этого не делай!».  Например, раньше стариков не садись есть.  Первому чай наливают старшему.

— Молодые нивхи знают это?

— А кто их знает?  У меня дочь – полурусская. Внуки – совсем русские. Зачем им эти  запреты?  Я  не ставила перед собой задачу выйти за русского.  А за своих не хотела идти замуж, потому что столько запретов! Много-много «нельзя»! А  если русский, то все можно!

— А если ульч?

— Девчонки мне рассказывали, что множества таких запретов у них не было, как у нас. Для чего запреты? Чтоб  семья была крепкой, наверное.

Родной язык

— Что нужно делать, чтоб сохранились обычаи, сохранялся родной  язык?

— Нужно учить с первого класса. В первую очередь нужно, чтобы дети умели читать. Только таким путем мы можем сохранить язык. А что даст, если  сегодня его изучают один час в неделю? Чему школьники научатся?  И самое главное, нужно, чтобы  в семье звучала родная речь. Как раньше были ликбезы, точно так же нужно делать и сегодня. Если ты нивх, говори по-своему!

Раньше-то русские женились на русских, нивхи на нивхах. Они называли нас нивхскими братьями и сестрами. Жили дружно.

 Как-то увидели дымок от костра.  А это репрессированных бросили в тайге – четырёх братьев Крыловых с семьями. А там — по семь, по восемь детей. Нивхи сразу детей по семьям разобрали, выходили. Они-то и научили нас строить деревянные дома. Первым делом Крыловы построили баню.

Раньше-то  рубить дерево было нельзя, под запретом это было, считалось грехом.  Особенно лиственницу нельзя было трогать, потому что считалось, что нивхи произошли от лиственницы, а точнее, из ее смолы.

— Говорят, что нивхи пришли на Дальний Восток как минимум двадцать тысяч лет назад.

— Когда-то нивхов было много-много.   Бабушки говорили, что нивхи были высокие, крепкие, хорошо стреляли.

— Нивхи воинственные?

— Нет. Правдивые. За правду готовы разорвать человека.  Нам нужно, чтоб только была правда. Старики раньше садились и  разбирали кто прав, кто виноват. Такое и при советской власти было…

Юрий   Вязанкин

Считается, что нивхи появились на Дальнем Востоке в доледниковое время. Когда закончился Ледниковый период, уровень Мирового океана стал пониматься, Сахалин перестал быть полуостровом, разделив нивхский народ на две части — материковых и островных.  Некоторые исследователи считают, что  есть  не два нивхских диалекта, а два родственных языка. Уж очень разнится речь у островитян и жителей Приамурья. Даже учебники  и учебные пособия по нивхскому языку  разные.

Оставьте первый комментарий

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.