Каков на самом деле экономический потенциал Хабаровского края?

Опрос с пристрастием

Можно сколько угодно рассуждать о повышении качества жизни дальневосточников, но безусловно одно – без развития экономики ни о каких социальных успехах не может быть и речи

Когда политики в Хабаровском крае рисуют красивые картины из серии «взять все и поделить», не обозначая – а что именно делить будем, это всегда грустное зрелище. Более того, мало кто из публичных ньюсмейкеров вообще разбирается – а каков он, на самом деле, экономический потенциал региона? И как им эффективно распорядиться? Это и стало темой нашего разговора с членом Общественной палаты Хабаровска, предпринимателем Али Мамедовым.

О надзоре и строительстве

 — Часто ли в Общественной палате Хабаровска возникают дискуссии, связанные с проблемами бизнеса?

— К сожалению, крайне редко. И это плохо, ведь в основе всех социальных процессов находится экономика. Можно до бесконечности спорить, как улучшить жизнь людей, вот только без денег в бюджете это будут просто пустопорожние разговоры. А казна по мановению волшебной палочки не пополняется. Это – результат долгого, кропотливого труда.

— С какими проблемами к вам, как к члену общественной палаты, обращаются предприниматели?

— Чаще всего это проблемы, связанные с прессингом бизнеса со стороны надзорных органов и запредельными энергетическими тарифами, что уж точно не способствует развитию предпринимательства. Оба вопроса крайне интересные. Возьмем в качестве примера надзор. С одной стороны, мы видим, как тех же недобросовестных строителей, которые годами «кидают» дольщиков, никто не трогает. За редким исключением.

А потом высокопоставленные чиновники разрабатывают целые программы, как сдать долгострои. Это правильно, конечно, интересы людей должны быть превыше всего. Вот только нередко такие горе-строители скрываются с деньгами, и лишь после этого в дело вмешиваются силовые структуры. Но дольщики остаются без своих квартир. И государство решает, как быть дальше. Посмотрим, может быть, новые нормы закона о долевом строительстве изменят положение вещей к лучшему. Хотя ситуация с эскроу-счетами также неоднозначна. И выгоду здесь приобретают, пожалуй, только банки.

Впрочем, это одна сторона медали. Есть и другая – нередко надзорные органы просто изводят своими проверками и откровенно излишними требованиями как раз добросовестных предпринимателей. Тех же строителей, кстати говоря. Вроде бы и президент страны, и другие руководители не раз призывали чиновников «не кошмарить бизнес». И они правы! Ведь это именно бизнес создает в регионе рабочие места, платит налоги в бюджеты всех уровней, участвует в реализации множества социальных проектов и вообще стимулирует нашу экономику. Однако находятся госслужащие, которые смотрят на предпринимателей чуть ли не как на врагов.

Али Мамедов

— А почему, на ваш взгляд, под такие проверки попадают добросовестные предприниматели?

— Да потому что надзорщикам проще их проверять. Грубо говоря – вот предприниматель, вот его офис, его бухгалтерия…  Приходи и проверяй, никто не скрывается, никто не препятствует. Но есть и еще один момент. В том же строительстве до сих пор существуют нормативные требования семидесятых и восьмидесятых годов прошлого века. Они уже давно устарели, им просто невозможно следовать в сегодняшних рыночных реалиях. Тем не менее, чиновники настаивают на их исполнении. В итоге, нередко срываются сроки сдачи объектов. И хочу сказать сразу – как член Общественной палаты я не намерен мириться с таким бюрократическим подходом. Надо привлекать к решению проблем добросовестных предпринимателей все государственные органы, включая следственный комитет и прокуратуру. И я планирую это делать активно. Уже делаю, если что.

— Но ведь надзор – не единственная проблема строителей?

— Нет, конечно! Например, еще прошедшей зимой все отраслевое сообщество было реально шокировано подорожанием металла. Стоимость металлоконструкций выросла на 40 процентов. При этом сметы были составлены в прошлом году, с учетом старых цен. И стоит отдать должное руководству Хабаровского края, проблема была обозначена на самом высоком уровне. Будем надеяться, ситуацию удастся разрешить. Но тут, если продолжить разговор о сметах, просматривается и другая тенденция – стоимость труда работников отрасли документально минимизирована до предела. И как тому же строителю найти, например, плотника-бетонщика, который согласиться работать в тяжелейших условиях, нередко в холод или зной, за 30 тысяч рублей? Тоже, что называется, вопрос вопросов. Ведь кадровый голод на Дальнем Востоке – это не фигура речи, а факт. Увы, если еще недавно нам не хватало высококвалифицированных специалистов, то теперь не хватает вообще никаких.

О тарифах

— Вы сказали, что второй проблемный вопрос, с которым к вам часто обращаются предприниматели, касается энерготарифов. Они завышены?

— Они, в первую очередь, не обоснованы. Или, точнее, непрозрачны. При этом многие региональные политики упрекают бизнес в том, что у нас создается мало мощностей по глубокой переработке продукции. И территория остается, по своему экономическому потенциалу, сугубо сырьевой.

— Что имеется в виду?

— Приведу конкретный пример. Как известно, одним из основных природных ресурсов региона является рыба. Главным образом, лососевые, корюшка и сельдь. При этом консервов от местных производителей на прилавках откровенно немного. Почему? А ответ очевиден. В том же Охотском районе Хабаровского края, где вылавливается серьезный объем водных биологических ресурсов, энерготарифы для промышленных предприятий составляют 38 рублей за киловатт-час. И о какой глубокой переработке продукции можно рассуждать в таких условиях? Да они «золотыми» будут, такие охотские консервы.

Для сравнения – в Магаданской области и Камчатском крае тарифы равняются пяти с половиной рублям, а в Республике Саха (Якутия) – шести с половиной рублям. За киловатт-час, разумеется. При этом государство еще и выравнивает тарифы в северных регионах ДФО. Но только не в Охотском или Николаевском районах Хабаровского края, хотя это тоже Север. И – да, в Якутии и на Камчатке наблюдается рост промышленного производства, как раз за счет сбалансированной тарифной политики. Чего не скажешь о севере Хабаровского края.

— Какой выход?

— Еще осенью 2019 года я сформировал инициативную группу по сбору подписей за проведение аудита энерготарифов и для населения, и для юридических лиц. Понимаете, я не популист и не привык выкрикивать громкие лозунги, мол, требую снизить тарифы здесь и сейчас. Нет, мы поставили вопрос иначе – провести аудиторскую проверку обоснованности энергетических тарифов. И нас в этом поддержало более 8 тысяч хабаровчан. Все подписи были надлежащим образом оформлены и переданы в правительство Хабаровского края. Оригиналы остались, они у меня на руках. Недавно власти края заявили, что летом тарифы на отопление для северных территорий будут снижены на 10 процентов. Надеюсь, в этом есть и толика нашего труда.

Кстати, есть еще один выход из ситуации с тарифами.

— Какой?

— Он прост и эффективен – перевести все субъекты ДФО в единый тарифный режим. Точнее, присоединить к этому режиму Хабаровский, Приморский и Забайкальский края, а также Амурскую и Еврейскую автономную области. Чтобы все территории Дальнего Востока функционировали в одном энергетическом ритме. Это – вполне реально, на Севере все так и происходит. Но почему же наш край оказался в какой-то дискриминационной зоне? Ведь нашему бизнесу также нужна поддержка. Иначе ни о какой конкурентоспособности не может быть и речи.

О рыбе

— Вы упомянули рыбопромышленный сектор. Но рыбаки нижнего и среднего Амура до сих пор не пришли к единому выводу – какие орудия лова целесообразно использовать: заездки или плавные сети. Что думаете вы?

— Мне не хотелось бы здесь отстаивать чью-то позицию. Хотя я считаю, что промысел на Амуре, в любом случае, нужно ограничивать, он запределен. И ни одна река такую промысловую нагрузку просто не выдержит. Что же касается орудий лова, то тут целесообразно прислушаться к мнению ученых. То есть, как скажут специалисты филиалов ВНИРО на основании научных данных – так и должно быть. Впрочем, орудия лова – не самая большая беда для Амура.

— А какая основная проблема?

— Главным образом – браконьерство. И браконьерство не только прямое, но и завуалированное, под видом любителей и представителей коренных малочисленных народов севера (КМНС). Судите сами – по данным отраслевых ассоциаций в 2019 году промышленники выловили на Амуре 8 тысяч тонн рыбы. А под видом любителей и аборигенов было добыто … 9 тысяч тонн лососевых! То есть, «любительские» объемы уже превышают промышленные. Другой пример – в прошлом году от лица представителей КМНС было подано свыше 32 тысяч заявок на рыболовство. Хотя общее число аборигенов в крае, насколько мне известно, едва превышает 20 тысяч, включая стариков, женщин и младенцев. Понято же, что большая часть таких «КМНС» это именно браконьеры. Увы, это пробел в законодательстве. Поскольку теперь каждый может назвать себя хоть нанайцем, хоть ульчем, хоть эвеном или эвенком. Но в результате, страдают реальные представители КМНС. Грабят главным образом их, уничтожая ресурс.

— Что делать?

— Необходимо добиваться, чтобы списки представителей КМНС, имеющих право на льготное рыболовство, заверялись главами их сел и родовых общин. Как это и было раньше. Тогда будет понятно – кто абориген, а кто – браконьер.

 Лес и золото

— Одним из основных природных богатств Хабаровского края является еще и лес. Какие проблемы существуют в этой сфере?

— Они очевидны – уничтожение самого леса. Одни пожары регулярно выжигают многие сотни лесных гектаров. Но тут все-таки есть повод для оптимизма.

— Какой?

— Не так давно правительство РФ приняло постановление № 556, в котором речь идет о лесовосстановлении. И это – здорово, поскольку взамен вырубленной в результате промышленной деятельности древесины будут восстанавливаться ценные породы деревьев. И в больших объемах, хочу отметить. Для Хабаровского края это – однозначно хороший момент. Но не обошлось без подводных камней.

— Каких, например?

— Беда в том, что лесовосстановление будет переложено на плечи промышленников. В частности, золотодобывающих компаний. На первый взгляд вроде все справедливо. По принципу: добываешь золото – компенсируй вред природе. Но я изучил вопрос и выяснил – тут не все так просто. Во-первых, по официальным данным золотопромышленники, в целом по России, используют всего 0,006 процентов лесного фонда. То есть, мизер. Во-вторых, после отработки участков они и так производят рекультивацию, соответственно, готовят земли под естественное лесовосстановление, которое, как говорят ученые, эффективнее искусственного. В-третьих, мало посадить деревья, за ними нужно еще и ухаживать в течение минимум 15 – 20 лет. Поэтому соответствующие работы должны производить именно специализированные структуры. Наконец, в-четвертых, стоимость лесовосстановления для золотодобытчиков порой равняется налогу на добычу полезных ископаемых (НДПИ) и в итоге бизнес получает дополнительный, только скрытый налог. При таком подходе небольшие артели просто обанкротятся. В результате, страна лишится и дополнительных объемов драгоценного металла, и налоговых поступлений, и рабочих мест в отдаленных, труднодоступных поселках. Поэтому лесовосстановление должно быть комплексным. И производиться как за счет бизнеса, так и за счет государства.

 О транспорте…и не только

— Недавно вы, как член Общественной палаты, стали собирать предложения жителей Хабаровска по повышению качества транспортного обслуживания. Какой дальнейший шаг?

— Переговоры с руководителями ключевых компаний-перевозчиков. Тут вообще все показательно. По сути, мы стремимся сработать на грани интересов всех – и пассажиров, и перевозчиков, и властей. Ведь все они заинтересованы в нормальном развитии транспорта. Чтобы автобусы ходили по расписанию, чтобы в салонах был порядок, чтобы водители были вежливы. Но для всего этого нужна обратная связь. Между теми же пассажирами, перевозчиками и управлением транспорта администрации Хабаровска. И я, как член Общественной палаты Хабаровска, готов её обеспечить. Мы проработали целый проект, на днях я его вам представлю!

— Почему вы ничего не сказали о торговле?

— Проблем в торговле очень много. Но я намерено сейчас об этом не высказываюсь. Чтобы никто не смог меня упрекнуть в том, что я лоббирую свои интересы. Для меня важно, чтобы работала экономика Хабаровского края в целом. Это – главное. А остальное приложится.

Беседовала Елена Бехтер

Оставьте первый комментарий

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.