Инвестор, которому не рады

Сельское хозяйство

Бизнесмены без помощи государства превращают фермерские хозяйства в процветающие предприятия. Но кому-то это не выгодно…

В сельское хозяйство затянуть инвестора не сложно, а архисложно. Отрасль гибнет, количество агропредприятий снижается. Соответственно, сокращаются рабочие места, в бюджет поступает меньше налоговых отчислений. Как это можно исправить? Попробуем угадать.

Убрать административные барьеры? Создать для инвестора благоприятные условия? Дать ему поддержку в виде субсидий? Ни то, ни другое, ни третье. В нынешних условиях единственное, о чем просят фермеры краевое правительство, это… Не делать ничего! В том смысле, что люди на селе давно научились обходиться без посторонней помощи. Они трудолюбивы, они не боятся трудностей. Они лишь хотят, чтобы региональные власти оставили их в покое. Но увы, власти понимают все по-своему…

Настоящего фермера не испугать

Мы находимся в поле в окрестностях села Дружба. Здесь растет овес, который собирается комбайнами и увозится на корм животным. Земля принадлежит ООО «Даниловка». Фермерское хозяйство занимается разведением молочного крупного рогатого скота и производством сырого молока.

Какой ценой достается этот продукт, мы можем оценить прямо в поле. Наша машина застревает в непролазной грязи. Приходится вытягивать ее грузовиком, который работает в паре с комбайном. Дальше ехать не рискуем. Часть пути преодолеваем пешком, под палящим солнцем и облепленные тучами мошкары. Наконец, доходим до комбайна, где водитель Александр копается во внутренностях машины. Просим рассказать его о нюансах полевой работы.

«Встаем мы в 4:30–5 утра, — рассказывает он. – Косим комбайнами овес на корм коровам. Потом ставим комбайны, садимся за «Бюлер» (колесный трактор для сельскохозяйственных нужд. – Прим. автора), дискуем землю. Домой приходим только часов в 9 вечера. Так вот сезонно и работаем, с пяти утра до девяти вечера. Время для ведения собственного хозяйства остается только тогда, когда идут дожди».

За тридцать лет работы в колхозе Александр уже ко всему привык. Мошка, дожди, грязь, поломки – фермера этим не испугаешь.

«Кто только устроился на работу в колхоз, тому сложно, а мы уже привыкли. Новичкам тяжело. Придут, поработают недели две, а потом убегают: в поле жара, надо рано вставать и работать допоздна. Такую работу «вывозят» люди старой закалки. А молодежь сейчас не такая, она не «вывезет».

Работать тяжело всем, не только «полевикам». Директор ООО «Даниловка» Александр Яненко признает: компании пока удается держаться на плаву за счет собственных средств. Но денег хватает только на «латание бюджетных дыр», на развитие бизнеса ничего не остается.

«Раньше мы кредитовались – одни займы заканчивались, мы брали другие. Так и жили. Мы обращались к государству за поддержкой, но нам отказывали. Субсидии не выдают ни на производство, ни на технику – таковы новые порядки».

Яненко вспоминает 2012 год, когда министром сельского хозяйства Хабаровского края работал Сергей Гоманюк.

«Гоманюк разработал оптимальный порядок получения субсидий, — продолжает директор ООО «Даниловка». – Субсидировали все – сено, технику, скот. И денег всем хватало, и фермерских хозяйств было больше. Ничего нового не надо было придумывать. А сейчас и хозяйств нет, и денег в краевом бюджете нет. Я говорил району, чтобы хотя бы не мешали работать. У нас в «Даниловке» в прошлом году ни с того ни с сего землю хотели забрать. Но мы ее отстояли. Сейчас подали в суд на выкуп земли. Первую инстанцию мы проиграли, подали апелляцию».

Мой респондент настроен скептически ко многим экс-министрам сельского хозяйства Хабаровского края. Но по сравнению с нынешними временами и они смотрятся неплохо.

«Я работаю в сельском хозяйстве тридцать лет, но такого бардака в крае, как за последние два года, не было. Раньше директоров сельскохозяйственных предприятий собирали почти каждую неделю, что-то советовали, спрашивали, совещания проводили. Последние года 2-3 никто нас не собирает, никто с нами не советуется. Я уже и директоров многих не знаю, кто в каком хозяйстве работает. Они меняются. Раньше мы все друг друга знали, общались, друг другу помогали, а сейчас нет сельского хозяйства. Если в этом году 25 тысяч гектаров земли остались в крае незасеянным, это же о чем-то говорит?»

Александр Яненко уверен: если ничего не менять (в первую очередь это касается отставки нынешнего министра сельского хозяйства Хабаровского края Александра Шкурина), дальше будет только хуже.

История о «страшных» инвесторах

Село Дрофа, район имени Лазо. Здесь находится завод, который выпускает молочные продукты под брендом «Хорская буренка». Здесь производят не только молоко, но и кефир, сметану, варенец, творог, ряженку. Состав этих продуктов удивляет лаконичностью. На упаковке с молоком – «цельное молоко», на упаковке с кефиром или варенцом – «цельное молоко, закваска молочнокислых микроорганизмов». Все, более ничего. Ни химических добавок, ни консервантов, ни гомогенизированного молока.

В 2017 году «Хорскую буренку» (тогда она называлась АО «Хорское») приобрела компания «Хабаровский аграрий». Это произошло в рамках приватизации предприятия и аукциона, организованного правительством Хабаровского края. Новый собственник купил 100% акций за 195 миллионов 700 тысяч рублей (при начальной цене в 190 миллионов рублей), что заверено договором купли-продажи и протоколом с печатями и подписями членов аукционной комиссии.

«Хабаровский аграрий» принялся наводить порядок – были погашены долги по налогам и зарплате, производство молочной продукции расширилось. Однако в ноябре 2019 года управление федеральной антимонопольной службы подало заявление в суд, требуя аннулировать сделку по продаже акций. Антимонопольщики мотивировали это решение тем, что имел место картельный сговор. Звучит очень грозно, правда? Ведь это не шутки. Слово «картель» ассоциируется с чем-то не очень хорошим, с Колумбией и плантациями коки. Давайте послушаем работников «Хорской буренки», чтобы выяснить, чего же сделали эти страшные (по мнению УФАС) инвесторы.

«В тот момент, когда зашел частник, у нас было более 170 миллионов рублей долгов, — рассказывает Лариса Козловская, главный бухгалтер ООО «Хорская буренка». — Из них порядка 40 миллионов по зарплате. И если бы мы не перешли в частную собственность, если бы не было инвестора, мы бы после сдачи декларации за третий квартал пошли бы на банкротство. Потому что заплатить все налоги и все долги по предприятию денег бы не хватило. Приход «Хабаровского агрария» был очень своевременным – мы и с контрагентами рассчитались, и зарплата регулярно стала выдаваться».

Козловская вспоминает случай, когда у коров «Буренки» нашли лейкоз. Тогда только ленивый не проехался по этой истории. Аграриев обвинили во всех смертных грехах. Однако никто не поинтересовался, что же сделали сотрудники предприятия, чтобы решить проблему с лейкозом.

«Молоко от больных лейкозом коров реализовывать нельзя. Но, для того чтобы завезти здоровых коров, нужно новые коровники построить либо освободить старые и продезинфицировать. Поэтому у нас началась работа со стадом. Больных коров вывели, освобождали место под здоровых, покупали животных. Эта работа и сейчас продолжается. Хотя голов у нас стало меньше, но надой на одну голову (сравнивали 5 месяцев прошлого года и 5 месяцев этого года) значительно увеличился – процентов на сорок».

Когда на предприятие зашел инвестор, то было принято решение отказаться от мер государственной поддержки. Этого же принципа сотрудники «Хорской буренки» придерживаются и поныне.

«Со стороны государства мы не пользуемся никакой поддержкой, только средствами инвесторов, — сообщила Лариса Козловская. — Подозреваю, что мы одно из немногих фермерских хозяйств, которое находится в самостоятельном плавании. А вообще, на протяжении того времени, что я работаю в сельском хозяйстве, мне кажется, у нас сложнее стало работать. Намного сложнее. У нас весь коллектив в смятении. Судебное разбирательство о признании сделки недействительной до сих пор идет, и никто не знает, будем мы работать или нет. На нашем предприятии работают люди с восьми окрестных населенных пунктов! Некоторые семьями работают, династиями. И если предприятия не станет, двести с лишним человек пойдет на улицу…»

Далеко идущие последствия

Даже если суды откажут антимонопольной службе в удовлетворении ее иска, то сама ситуация уже не лучшим образом сказывается на работе предприятия. Мало того что коллектив находится в неведении относительно собственной судьбы, так еще и временно поставлен крест на дальнейших частных инвестициях в производство.

«У нас имелась обширная инвестиционная программа на этот год, — говорит Сергей Ли, директор ООО «Хорская буренка». – Было согласовано порядка 250 миллионов рублей. Но из-за того, что у нас проходят суды, инвестиций не будет. Мы сами понимаем, что любой здравомыслящий инвестор не будет вкладывать деньги, если рискует их потерять. Поэтому с ноября 2019 года все движения в этом направлении были остановлены. На паузе замена дойного стада, обновление основных фондов, ввод нового доильного оборудования. Эта ситуация с судом может стать негативным сигналом для других инвесторов – что работать в той сфере, в которой мы сейчас работаем, опасно. Тем более в нынешних условиях, когда коронавирусная пандемия наложила свой негативный отпечаток, и понятно, что любая программа быстро «завернется».

Продолжая мысль о негативном прецеденте, Сергей Ли подчеркнул: это наложит отпечаток на всю сельскохозяйственную отрасль Хабаровского края и будет иметь далеко идущие последствия.

Надежда Малышева, заведующая производством молочного модуля, работает здесь с самого первого дня запуска производства. Когда предприятие только начинало свою работу, на нем производили только молоко. Позднее линейка продуктов пополнилась сметаной, творогом и т.д.

«С приходом частного инвестора было построено помещение под кефирный цех, открыто заквасочное отделение, — поведала Малышева. – Мы сами культивируем «грибки» (симбиотическая группа бактерий и микроорганизмов для получения кефира. – Прим. автора). Стало закупаться современное оборудование, заменяется старое. На новом оборудовании удобнее работать, меньше потерь при производстве. Были планы дальше расширять продуктовую линейку, но на этом все остановилось».

За последние несколько лет стали банкротом или находятся в процессе ликвидации такие известные компании, как ОАО «Котиково», ОАО «Заря», КГУСП «Киинское», ООО «Агро-Бизнес», ЗАО «Хабаровский бройлер». И на этом фоне губернатор называет «так называемыми» инвесторов, которые своими силами подняли производство и превратили свои фермерские хозяйства в процветающие предприятия.

Более подробно о работе предприятия и планах рассказал директор производства Юрий Шишкин.

«До 2017 года у нас штат сотрудников на молочном модуле составлял не более 15 человек. На сегодняшний день здесь работает уже 34 человека. Мощности позволяли переработать до 12 тонн сырья в сутки. На сегодняшний день мы готовы переработать 20 тонн в сутки. Кефирного цеха раньше не было, он появился с приходом инвестора. Это также позволило расширить ассортимент выпускаемой продукции».

Шишкин развеял негативные слухи о работе «Хорской буренки». Особенно тех, что касаются сокращения дойного стада.

«Желтая пресса не до конца рассказывает суть нашего предприятия, — заявил Юрий Шишкин. – Мы предприятие полного цикла – единственное на Дальнем Востоке. О нас писали, что наше стадо вырезается, что у нас якобы не более 50 голов осталось, что у нас людей сокращают. Это все неправда. У нас более 1000 голов дойного стада. Поголовье действительно сокращалось, но только ввиду того, что мы выводили лейкозное стадо. Но мы его не просто выводили, мы его обновляли. В качестве вынужденной меры мы закрыли коровник в Могилевке. Туда свозилось все лейкозное стадо, которое утилизировалось. У нас остались коровники в Дрофе и Кондратьевке. Мы продолжаем следить за дойным стадом, и его поголовье сейчас не снижается. В том году мы купили более 200 голов. Объем сырого молока растет. Сырье мы максимально перерабатываем своими силами, но излишки продаем нашим партнерам: Переяславскому молочному заводу, «Бифидуму» и т.д. Они работают на нашем сырье. А что касается истории с антимонопольной службой – мы переживаем, что предприятие будет закрыто. Сотрудники нашего предприятия просто не знают, куда и в какую инстанцию нужно обращаться, чтобы этого не произошло».

Нас ждут пустыри?

В одном из телевизионных интервью у губернатора Хабаровского края Сергея Фургала спросили о судьбе «Хорской буренки» после того, как УФАС обратилось в суд о признании сделки по продаже компании недействительной.

«Пришли так называемые инвесторы, там было 1300 голов дойного стада, сейчас там насчитывается 470 коров, которые не выдерживают никакой критики, — ответил глава региона. — Засеяли все соей, вокруг отравили все гербицидами, сою вывезли на сопредельную территорию. Налоги не заплатили, коров уничтожили, землю начали губить… Это сущий бардак. Не должно быть таких инвесторов. Инвестор на земле должен производить сельхозпродукцию и реализовывать ее для жителей Хабаровского края».

Помимо прочего, Фургал заявил, что сейчас существует много желающих заняться фермерским хозяйством, много желающих выращивать молочные и дойные стада, разводить птицу и т.д.

Моя поездка по селам и опрошенные люди позволяют сделать вывод, что глава региона, мягко говоря, не совсем в курсе, что на самом деле происходит в районных сельскохозяйственных предприятиях. О каком сокращении стада, о какой отравленной земле, о каких неуплаченных налогах идет разговор, неясно. Давайте попытаемся еще раз разложить все по полкам.

«Хабаровский аграрий» в ходе абсолютно законного аукциона внес в бюджет края более 195 миллионов рублей. Купив предприятие, инвестор выплатил все долги по налогам и зарплате – это еще 170 миллионов рублей. Затем было модернизировано производство, расширена линейка продукции, увеличены надои, созданы дополнительные рабочие места. Подождав более двух лет, УФАС вдруг заявило о картельном сговоре только лишь потому, что в аукционе участвовали только две компании (хотя принять участие мог любой желающий, очевидно, что, кроме этих двух, желающих просто не нашлось). Если это рейдерская схема, то с каких пор рейдеры у нас платят налоги и покупают по 200 рублей то, что стоит 100?

И насчет «множества желающих» заняться фермерским хозяйством Сергей Фургал явно скривил душой. Количество сельскохозяйственных предприятий постоянно снижается. За последние несколько лет стали банкротом или находятся в процессе ликвидации такие известные компании, как ОАО «Котиково», ОАО «Заря», КГУСП «Киинское», ООО «Агро-Бизнес», ЗАО «Хабаровский бройлер». И на этом фоне губернатор называет «так называемыми» инвесторов, которые своими силами подняли производство и превратили свои фермерские хозяйства в процветающие предприятия.

«Даниловка» и «Хорская буренка» могли бы стать отличным примером как работать с инвесторами, как привлекать предпринимателей в отрасль сельского хозяйства. Как правильно создавать заводы и фабрики, как организовывать новые рабочие места. Это самые настоящие люди труда, их следует беречь и помогать (или хотя бы не мешать работать). Но, наверное, кому-то выгодно, чтобы инвестор не шел работать в наш край, а поля зарастали бурьяном…

Андрей Канев

В правительственном документе о предоставлении субсидий сельскохозяйственным товаропроизводителям края на повышение продуктивности в молочном скотоводстве за 1 квартал 2020 года сказано следующее. Предусмотрены ассигнования в размере 26,6 млн рублей. В 1 квартале 2020 года на предоставление субсидий направлено 2,5 млн рублей (9,4 % от утвержденных бюджетных ассигнований). А в графе «Проблемы, возникшие в ходе реализации мероприятия» написано, что «снижение объемов производства молока произошло по причине снижения поголовья коров в сельскохозяйственных организациях края на 20% к аналогичному периоду 2019 года, обусловленное несоблюдением сельскохозяйственными организациями края зооветеринарных правил по воспроизводству стада крупного рогатого скота, а также выбытием низкопродуктивного поголовья скота».

Оставьте первый комментарий

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.